Мы родом из СССР ... (ностальгия - всё про СССР и наше счастливое детство)

Вчера была на выступлении этого хора. Слов нет, как здорово. Каждая песня - мини спектакль, танцы - загляденье. Славянку солировал мужчина. Зал тоже встал на одном дыхании. Первым- русский священник, за ним - муфтий, затем весь зал (были среди них все национальности). И я думаю, что не в засилье чужаков дело. Просто для многих эта мелодия ассоциируется с войной, с победой, с той страной, которая тогда была и победила, когда "наши" и "не наши", друзья и враги - обозначало совсем не то, что сейчас.

nva, так обьясните, раз появились снова тут. как все-таки вожди СССР прос..ли 226 млрд долларов народных денег? Чего там в ваших газетах пишут по этому поводу?

"ВИКТОРИЯ", не услышал ответа, Вы за границей таки бываете, или принципиально не ездите?

Цитата: Сообщение от nva

Прощание славянки должно быть гимном России, а ее исполнение запрещено на центральных каналов. Почему?

Поэтому:

Цитата:

На мелодию этого марша многие поэты (например, А. Федотов, В. Максимов, А. Галич, В. Шиленский, В. Лазарев) написали стихи. «Прощание славянки» с текстом на слова Романа Шлезака под названием «Rozszumiały się wierzby płaczące» («Расшумелись ивы плакучие») являлось в Польше в годы Второй мировой войны 1939—45 гг. гимном партизанского течения — Армии крайовой. В Финляндии существует песня («Свободная Россия») на мелодию марша. Автор текста неизвестен. В 1969 году песня победила в национальном хит-параде в исполнении (Рейо Франк). В Израиле песня известна под именем «Меж границ» («בין גבולות»), стихи написаны Хаимом Хефером в 19-летнем возрасте и представляют собой критику на борьбу британцев с наземной нелегальной эмиграцией из Ливана во времена Палестинского мандата после Первой мировой войны.
ВИКИ.

http://www.russian-records.com/detai...?image_id=7717

В 1936 году вышел сдвоенный (номера 11 и 12) журнал «Техника – молодежи», полностью посвящённый строительству канала Москва-Волга. В нём много рассказывается о счастливой жизни каналармейцев. Цитата: «Стихи, фольклор, рассказы, новеллы, издания на родных национальных языках, сборники каналармейского искусства, журнал «На штурм трассы», лагерные газеты имеют неоценимое воспитательное значение».

Из журнала - беспросветно-оптимистичные стихи «Песня песней» Ф. Шаргородского о евреях-каналармейцах.

Техника - молодежи. - 1936. - № 11-12. - С. 97.

Ф. Шаргородский
ПЕСНЯ ПЕСНЕЙ

Ночь звездным простором горит.
Нет ярче ее и чудесней,
В маленьком доме поет хасид
Песню песней.

«О, Суламифь, ноги твои, –
Мраморный взлет колонн!»
В тихую драму голодной семьи
Мудрый вошел Соломон.

«Груди твои, словно чаши вина.
В глазах колышется ночь».
Спит истомленная стиркой жена,
Бася – еврейская дочь.

Призадумались в сонных степях
Ковыли на печальных курганах,
С песней на добрых конях
Едут хлопцы в синих жупанах.

Вьются стаи крикливых ворон,
За грядущую тризну споря,
Наступает на спящий Херсон
Молодой атаман Григорьев.

Вьется, пляшет конек-огонек,
Атаман самогоном дышит,
На жупане его поясок
Золотистым узором вышит.

Город взят – и на три дня
Пей, гуляй до-пьяна!
«Берегись, жидовня,
Синего жупана!»

Много у ночи безвестных обид.
Столько же, сколько теней.
В комнате мертвая Бася лежит
Возле мертвых детей.
Пламя над маленьким домом встает
Заревом шалой мести,
Ветер над домом поет
Песню песней.

Расстилается туман
Дымом на погосте,
Приглашает атаман
Атамана в гости.
«Красных, белых – все равно,
По колено море!»
Едет к Нестору Махно
Атаман Григорьев.
Руку опустил в карман
(Как бы не надули!),
Приготовил атаман
Атаману пули.
– Позабудь, Григорьев, злобу,
Выпей за соседа,
Щоб Котовському хвороба,
Щоб до нас победа!
И еще, скажу я, сыне,
Молвил тихо Нестор,
Нам двоим на Украине
Не хватает места.
Бьет без промаха в висок
Батько в атамана,
Зачервонел поясок
Синего жупана.

У равви Менаше задумчивый вид,
На сердце тоска и холод.
К равви Менаше приходит хасид:
Шолом-Алейхем...
Шолом...
Равви, сомнения больше уж нет,
Довольно мечтать о чуде –
Советы у власти
Семнадцать лет,
И, видно, конца им не будет.
Равви, к чему нам зазря пропадать,
Старые раны бередить?
Равви! Поедем в Москву торговать!
И равви вздохнул: – Поедем!
В окна вагона влетает луна,
Снежный узор серебрит.
«Груди твои, будто чаши вина»,
Шепчет во сне хасид.

На третий день
Заря едва
Над грохочущим городом встала,
К перрону подошла Москва,
Серой громадой вокзала.
Бьет мороз хмельнее браги.
Замерли вагоны,
На перрон выходит агент
В галифе суконных.
На приезжих он глядит
С виду безучастно,
Он приезжим говорит:
– Предъявите паспорт.
У хасида скучный взгляд,
Скучно и Менаше:
– Вытащили, – говорят, –
Документы наши.
Улыбается агент,
Расстегнул тужурку:
– Разрешите на момент
Пригласить в дежурку.
И, короче говоря
(Бурно время наше),
Едут вместе в лагеря
Хасид и Менаше.

У Волжской плотины работа кипит.
Гремя заслуженной славой.
У Волжской плотины печальный хасид
И рядом задумчивый равви.
Четыре еврея собрались в круг,
С почтеньем на равви взирая:
Мойшеле Перец, Арончик Друк,
Зяма с Одессы и Брайер.
«Слушай, Израиль! Адонай элойгим», –
Торжественно вымолвил равви:
Скажите вы мне, зачем это им
В таком количестве гравий?
От вида бетона я в вечной тоске.
А им вот – все мало и мало,
Они готовы купаться в песке
И душу отдать для канала».
– Рабойсай, – добавил хасид,
– Что мы здесь слышим и видим?!
Где это видано, чтоб столько обид
Переносили хасиды?
Вот перед вами премудрый раввин.
Нежный, ученый равви.
Он, извините, как сукин сын,
Возит песок и гравий!
Вижу, господь потрясает рукой,
Плотина падет Вавилоном.
Где это видано, чтоб так с рекой
Поступали бесцеремонно?
Известные из нашей истории всей,
Напомню я вам ненароком,
С водой управлялся один Моисей,
Но Мойше ведь был пророком!
Чье это дело – постройка плотин,
Которых не знает и «Раше»?
Евреи молчали, но вдруг один
Твердо промолвил:
– Наше!
Я сам из Одессы, я тертый калач.
Вы оба изрядно врете,
И ваш Моисей был – просто туфтач
Такой же, как вы на работе!
И, повернувшись, все сразу вдруг
Ушли, улыбкой играя:
Мойшеле Перец, Арончик Друк,
Зяма с Одессы и Брайер.
Растерянный равви молчал,
Как море молчит перед бурей,
И слышал хасид, он тихо шептал:
Цурес...
Но звонкой стеной подымался бетон.
Росла плотины громада,
Плотина гремела со всех сторон
Счастливой песней бригады.

ПРИМЕЧАНИЯ: 1. Хасиды – религиозные фанатики. 2. Менаше – собственное имя. 3. Шолом-Алейхем – приветствие, в переводе – здравствуйте. 4. Адонай элойгим – господь бог. 5. Рабойсай – обращение к почтенным евреям. 6. Раше – толкователь пятикнижия. 7. Туфтач – обманщик. 8. Цурес – горе.

Цитата: Сообщение от Саныч 2

"ВИКТОРИЯ", не услышал ответа, Вы за границей таки бываете, или принципиально не ездите?

А Вам это таки принципиально знать? Просто не езжу. Мне России хватает. Я еще в ней-родимой не все видела, не все знаю. А отдыхать предпочитаю в палатке на берегу реки, озера с удочкой, ухой и комарами, а не в многозвездночных отелях у заграничных морей да океянов. Вот в свободные (редкие) минуты общения с телеком люблю смотреть про чужие страны и их достопримечательности. Мне этого вполне хватает. Да и в России между поездкой в Москву и деревней Кукуево на лоне природе, выберу деревню. Студенческие стройотрядовские замашки все никак не изживу, да и не хочется, если честно. Костер, гитара, закадычные друзья родные тебе по духу- это лучше всякой заграницы. Никогда не рвалась туда раньше и теперь абсолютно ровно по ней дышу))))))

Поддерживаю на 12500%.
Палатка, удочка, костер, шашлычок, 100 грамм за сбитые.....
И общение на природе совсем другое, какое-то более свободное, непринужденное.
Послушать сверчков и лягушек, посмотреть, как солнышко садится...
Эх...

Полностью поддерживаю! :drinks:

А еще и самоварчик на дровах, да заварить чаек с ежевичными листьями...

вот и замечательно! Приятно, когда слова не расходятся с делом. Каждому свое - кому Анталия, кому - костерок с палаткой.