Страсти по "Левиафану"

Цитата: Сообщение от Libra

Владимир Познер.

Читала, что любит Францию, а здесь только зарабатывает.
И зачем такие тексты, что оставили без надежды и т. п.
Пенсионный возраст ему повысят ? Квартплату ? Или что ?
Понятно,
что есть где жить и на что в теплом красивом месте,
когда будет не востребован.
Не верится, что Левиафана боится.
Просто зарабатывает.

Цитата: Сообщение от Ella

Не верится, что Левиафана боится.

Это Познер писал о боязни?

Цитата: Сообщение от Ella

Просто зарабатывает.

А Вы не допускаете, что некоторые люди могут высказывать свое мнение без тайных меркантильных целей?

Написано "лишает надежды",
а не боится, да правильно.
У него такая работа,- высказывать мнение по разным поводам,
коль журналист и телеведущий. Почему тайные цели...

Про "лишает надежды". Кто-нибудь смотрел фильм Василия Сигарева "Жить"? Чернуха-чернухой...вроде бы... Но насколько светлый... Вот как так снять, чтобы не скатиться. Чтобы балансировать-балансировать и всё равно выстоять, не свалиться...оставить в душе светлое, а не темное.
Коллеги, посмотрите Васю если еще не смотрели. Интересно ваше мнение) В сравнении с Левиафанчиком.

Цитата: Сообщение от Libra

"Кубанские казаки"...

Там Марина Ладынина красивая. И поет хорошо про орла степного )
Уже за это можно посмотреть )

Хороший фильм "Не стреляйте в белых лебедей"

"Говорить о фильме «Левиафан» Андрея Звягинцева не хочется.

Собственно, и сказать-то о нем особенно нечего. Фильм старательно избегает собственного содержания. Всё, что нам хочется сказать, с этим фильмом только лишь связано, даже не вызвано к жизни, а лишь иллюстрировано картиной. Но иллюстрировано мастерски. В самом деле, можно ли «прилепиться душой», полюбить картину Звягинцева настолько, чтобы возвращаться к ней мысленно или в речи, направленной другому (хоть в какой-то мере внешнему) человеку? Что может привлечь в «Левиафане»? Ни один из пяти первостепенных персонажей не вызывает и капли симпатии, от слова вообще. Им никак не хочется сопереживать. Не хочется ассоциировать себя с ними.
...
Нет, не ради милых сердцу персонажей стоит смотреть фильм Звягинцева. Что, мы такого в жизни не видим? Зачем ради этого еще и в кино-то ходить? Верно! Именно это мы в жизни и видим — всепроникающий капитализм. Пронизавший всю жизнь насквозь, подчинивший себе всё, вплоть до любви и домашнего очага. Разъедающий души и порождающей гниение людей и их дел. Загнивающий на берегу Белого моря город Прибрежный — это вовсе не иллюстрация современной России, как показалось (по-видимому) слишком многим пишущим зрителям фильма. Россия тут оказалась вообще случайно. Такие же истории, как рассказанная Звягинцевым, могли бы произойти (да и происходят постоянно) в любом уголке мира от благословенных Штатов до японских префектур, от Приамурья до далекой Амазонки.
...
Именно полным игнорированием русской специфики и замечателен фильм Звягинцева. Он полностью отходит от традиции поисков некоего «своего пути» или особого положения. Он не пытается найти тот самый аршин. Он очень доходчиво показывает, что перед невидимой, но стальной рукой капитализма всё едино — «апатиты и навоз», рухнет всё и никаким «скрепами» уже не поможешь, ибо сами эти скрепы или прогниют, или станут частью капиталистического мира. В «Левиафане» нет России. Она там выступает не более чем холстом, по которому мастер пишет картину. Именно это и страшнее всего. Именно это и есть, наверное, самый важный посыл картины, о котором не то что говорить, даже и задумываться не хочется — мы все стираемся перед лицом Капитала. Скоро не только в кино, но и вокруг нас не будет никакой России, никакой особенности, никакой сингулярности. Скоро, если еще не…

Думается, что вовсе не из-за параноидально-мнимой антироссийскости фильма он получает мировое признание, а именно из-за повсеместного узнавания, из-за ощущения дежавю после просмотра. Будто такую или почти такую историю зритель недавно читал в газете или слышал от знакомых, будто это происходит за соседней стеной, в соседнем городе. Именно потому фильм и вызывает, как нам кажется, бурю эмоций, что зрителю не хочется верить, что и он, зритель (в том числе зарубежный) и есть Николай или адвокат Дмитрий, или Лиля, или «власть» на худой конец, что и его страдания можно было бы искупить шестизначной суммой. Но ведь сумму-то хочется? Может, и пострадать за нее не грех?"

Евгений Крестин, Дмитрий Третьяков.
http://www.regnum.ru/news/society/1897565.html

нравится рыться в кале Звягинцева ?, скоро он обещал свежий стул сделать.

Андрей Звягинцев: ...Мой выбор, как режиссера, — двигаться дальше, делать фильмы, называя вещи своими именами, то есть свидетельствовать о происходящем. У меня нет ясной стратегии, я не знаю, каким будет следующий фильм. Моя стратегия — наблюдать и пытаться фиксировать. Так пришла идея «Левиафана» — спонтанно, из ниоткуда, из воздуха. Мы просто знали, что нечто крайне важное требует фиксации, об этом необходимо сказать. Тот эффект, который производит сейчас фильм в России, сильнейшая реакция ненависти — просто нежелание смотреть в зеркало. «Я хочу это зеркало разбить, потому что оно рассказывает не про меня!» Значит фильм попал в точку! Зритель ждал какого-то понятного, «правильного» финала, выдоха — таков шаблон, облегчающий ему душевную работу. В «Левиафане» такого финала нет. Набранный в легкие воздух там и остался. И вдохнувший злится, ему кажется, что у него отняли надежду. На самом деле надежда есть.

Ксения Соколова: Какая?

Андрей Звягинцев: Нужно научаться отыскивать ее в самом себе, а не ждать, когда ее тебе как блюдо подадут непосредственно перед финальными титрами. Разве нельзя черпать надежду из такого утверждения: «Можно потерять все, но суметь сохранить душу — свое единственное достояние»? Это ответ на ваш вопрос про выбор.

Ксения Соколова: Легко сказать «сохранить душу»… Когда взамен требуют отдать все.

Андрей Звягинцев: Но другого выбора нет!

Ксения Соколова: Но почему же нет? Можно быть мэром, президентом, попом, ментом, какой-нибудь другой процветающей ***.

Андрей Звягинцев: Знаете, я вдруг сейчас что вспомнил? То, с чего мы начали этот разговор, — про Лилю. Что именно в том самом месте, когда Лиля входит в комнату к адвокату, начинается расширение истории. То есть до этого момента мы действительно имеем дело с классическим сюжетом, сводимым к теме «битва маленького человека с системой». Но в миг, когда она входит в эту комнату, вдруг будто какая-то воронка начинает закручиваться и захватывать все большие и большие круги.

Ксения Соколова: «О чем я имел честь писать вам в прошлый раз» ©. Дьявол начинается с предательства.

Андрей Звягинцев: Мы вдруг догадываемся, что дело вовсе не в мэре, и не в продажных попах, а все именно так, как вы написали мне в вашем SMS, то есть что именно с нас все начинается! Спрос не с них, спрос со всех нас, с каждого. Из какого иного сырья созданы они, как не из того же, что и мы сами? Мы их в себе таим. Левиафан обитает среди нас, его сеть накинута на всех."
http://snob.ru/selected/entry/87969/page/2