Читая любимого классика...

Любовь
Надменный, как юноша, лирик
Вошел, не стучася, в мой дом
И просто заметил, что в мире
Я должен грустить лишь о нем.

С капризной ужимкой захлопнул
Открытую книгу мою,
Туфлей лакированной топнул,
Едва проронив: «Не люблю».

Как смел он так пахнуть духами!
Так дерзко перстнями играть!
Как смел он засыпать цветами
Мой письменный стол и кровать!

Я из дому вышел со злостью,
Но он увязался за мной.
Стучит изумительной тростью
По звонким камням мостовой.

И стал я с тех пор сумасшедшим.
Не смею вернуться в свой дом
И все говорю о пришедшем
Бесстыдным его языком.<1912>

Николай Гумилев

За Бродского, вернее за его стихи положенные на музыку, многим люба Диана Арбенина. Практически вдохнула новую жизнь, хотя многие не знают, что стихи его. Но некоторые, кого цепляют, копают дальше.

И пусть национальность не очень. Все мы её не очень, но это жизнь..

О настоящей любви.... (В том числе и для Дрейфа)
61-й километр – 65-й километр

Первым начал рассказывать декабрист.
– Один приятель был у меня, я его никогда не забуду. Он и всегда-то был какой-то одержимый, а тут не иначе, как бес в него вошел. Он помешался – знаете на ком? На Ольге Эрдели, прославленной советской арфистке. Может быть, Вера Дулова тоже прославленная арфистка. Но он помешался именно на Ольге Эрдели. И ни разу-то он ее в жизни не видел, а только слышал по радио, как она бренчит на арфе, – а вот поди же ты, помешался…
Помешался и лежит. Не работает, не учится, не курит, не пьет, с постели не встает, девушек не любит и в окошко не высовывается… Подай ему Ольгу Эрдели, и весь тут сказ. Наслажусь, мол, арфисткой Ольгой Эрдели и только тогда – воскресюсь: встану с постели, буду работать и учиться, буду пить и курить, и высунусь в окошко. Мы ему говорим:
– Ну зачем тебе именно Эрдели? Возьми хоть Веру Дулову вместо Эрдели. Вера Дулова играет прекрасно!
А он: «Подавитесь вы своей Верой Дуловой! В гробу я видел вашу Веру Дулову! Я с вашей Верой Дуловой и срать рядом не сяду!»
Ну, видим, малый совсем выкипает. Дня через три мы опять к нему подходим.
– Ну как, все Ольгой Эрдели бредишь? Мы нашли лекарство: хочешь, мы завтра приволокем тебе Веру Дулову?
– Конечно, – отвечает, – если вы хотите, чтобы я ее, вашу Веру Дулову, удавил, струной от арфы, – тогда, пожалуйста, волоките. Я ее удавлю.
Ну что делать? Малый совсем вымирает, надо его спасать. Пошел я к Ольге Эрдели, хотел объяснить ей, в чем дело, да так и не решился. Хотел даже и к Вере Дуловой – да нет, думаю, удавит он ее, как незабудку. И иду я по Москве вечером, и грустно мне: они там на арфах сидят и играют, а от малого остались руины и пепел.
А тут мне встречается бабонька, не то чтоб очень старая, но уже пьяная-пьяная. «Р-р-рупь мне дай, – говорит. – дай мне р-р-рупь!» и тут-то меня осенило. Я дал ей рупь и все ей объяснил: она, эта мандавошечка, оказалась понятливее Эрдели, а для пущей убедительности я заставил ее взять с собой балалайку…
И вот – я поволок ее к моему приятелю. Вошли: он все лежит и тоскует. Я ему сначала кинул балалайку, прямо с порога. А потом – швырнул ему в лицо эту Ольгу, я этой Ольгой в него запустил… "Вот она
– Эрдели! Не веришь – спроси!"
И наутро смотрю: открылось окошко, он в него высунулся и потихоньку закурил. Потом – потихоньку заработал, заучился, запил… И стал человек как человек. Вот видите!..

Москва – Петушки
Венедикт Ерофеев

8 ноября 1913 года
Солнце комнату наполнило
Пылью желтой и сквозной.
Я проснулась и припомнила:
Милый, нынче праздник твой.

Оттого и оснеженная
Даль за окнами тепла,
Оттого и я, бессонная,
Как причастница спала.8 ноября 1913

Ахматова

Ахматова

А ты теперь тяжелый и унылый,
Отрекшийся от славы и мечты,
Но для меня непоправимо милый,
И чем темней, тем трогательней ты.

Ты пьешь вино, твои нечисты ночи,
Что наяву, не знаешь, что во сне,
Но зелены мучительные очи,-
Покоя, видно, не нашел в вине.

И сердце только скорой смерти просит,
Кляня медлительность судьбы.
Всё чаще ветер западный приносит
Твои упреки и твои мольбы.

Но разве я к тебе вернуться смею?
Под бледным небом родины моей
Я только петь и вспоминать умею,
А ты меня и вспоминать не смей.

Так дни идут, печали умножая.
Как за тебя мне Господа молить?
Ты угадал: моя любовь такая,
Что даже ты не смог ее убить.

Фаина!, а почему Вы больше не пишете слитно???
Даже странно... не хватило на "дозу"???
Киньте "клич", Ваши "почитатели" Вам "добавят"..
Кстати, и на "фотик" тоже можно набрать, если всего один день не "ширяться"....
Весь пост ИМХО.
Хотя, что ИМХО.... думаю все уже поняли..ВСЕ.

Какие вы, мужчины злые! И не чуткие.

Цитата: Сообщение от EGER

Фаина!, а почему Вы больше не пишете слитно???
Даже странно... не хватило на "дозу"???
Киньте "клич", Ваши "почитатели" Вам "добавят"..
Кстати, и на "фотик" тоже можно набрать, если всего один день не "ширяться"....
Весь пост ИМХО.
Хотя, что ИМХО.... думаю все уже поняли..ВСЕ.

Евгений, приветствую!
Вы хоть стихами бы написали... а то ведь тема-то по шедеврам...поэзии...
FAINA, как мы тут выяснили, правила форума не нарушает...
А "под чем" она стихи свои публикует, мол, не наше с вами дело, опять же, по мнению сообщества

Вот, как пример для изложения мыслей в этой теме
"Гаврила был неверным мужем, Гаврила женам изменял!"
…
"Гаврила был примерным мужем, Гаврила женам верен был!"

И, видите, как можно то же, но красиво:
FAINA дозу не купила, FAINA за стихи взялась!

или же:
FAINA дозу прикупила, опять же, за стихи взялась!

Я заклинаю вас, о братья,
Не будьте скоры на проклятья,
Не осуждайте вы друзей,
Врагов, особенно детей.
Автор: Генрих Акулов Миром правят насилие, злоба и месть.
Что еще на земле достоверного есть?
Где счастливые люди в озлобленном мире?
Если есть - их по пальцам легко перечесть Омар Хайям

Кстати, раз уж навеяло!!! Считаю это шедевром, не хуже остальных

"Баллада об измене"

- Гаврила был неверным мужем,
Гаврила женам изменял!
Ну, как начало?

- В общем хорошо. Но нехорошо.
Мы - молодежный журнал, а Вы рассказываете о каких-то неправдоподобных вещах.
Ну где Вы видели, чтобы мужья изменяли женам? Я лично такого не помню.
И потом, это же наши мужья, это же наши жены. Абсолютно нетипично.

- У меня есть другой вариант.
Гаврила был примерным мужем:
Гаврила женам верен был!

- Вот это гораздо лучше и, заметьте, намного острее.